Свидетель обвинения рассказал о прогулах «нужного» ректору человека Обвиняемый ректор Сергей Юшко получил предложение выступить с лекцией перед студентами об источниках энергии будущего. Об этом он сам рассказал сегодня своим адвокатам перед заседанием Вахитовского райсуда. Где и когда состоится лекция — не сказал, добавив, что данный вопрос еще согласовывается.
До приглашения в зал с отсылками к Карлу Марксу обсудил налоговую политику в сфере добычи ресурсов. На прошлых заседаниях по инициативе защиты были вскрыты и исследованы доставленные в суд вещдоки из камеры хранения 2-го отдела Следкома по РТ. Часть из них — как раз ту, что приобщалась по ходатайствам адвокатов — силовики предоставили лишь со второго раза. После изучения документов московский адвокат подсудимого Александр Погодин подчеркнул — всего исследовали 29 протоколов заседаний Ученого совета и лишь два прошли без участия его клиента. Также участники процесса изучили планы работы кафедры инженерной компьютерной графики, которой командовал подсудимый, и экзаменационные ведомости с подписями Юшко напротив фамилии каждого студента. Отдельно исследовали заключение вузовской комиссии по оценке деятельности кафедры Юшко, по результатам которого его допустили к очередным выборам в 2016-м году. Сегодня эти доказательства были предъявлены первому свидетелю обвинения — директору института управления, автоматизации и информационных технологий, доценту Рустаму Нургалиеву. В 2017-м он в числе еще шести кандидатов претендовал на главный пост в КНИТУ-КХТИ, где победил Юшко. Нургалиев рассказал — знаком с подсудимым с 1998-го года, но работать в одном направлении начали с 2010-м, когда совмещавший работу в КХТИ с основной должностью в КФУ Нургалиев был назначен директором института в технологическом университете, и в состав его института вошли два факультета, включая факультет информационных технологий, где деканом был Юшко. Одновременно этот декан занимал и должность заведующего кафедрой в составе своего факультета. — Студентов было мало — доходило до 30-ти, — сообщил о численности факультета Юшко свидетель. Через час, после предъявления документов, был вынужден констатировать ошибку — на пике в 2018-м на дневном отделении факультета числились 50 студентов, еще 51 учились н «заочке». Со слов Нургалиева, декан и завкафедрой Юшко на рабочем месте появлялся нечасто: «Он был занят на другой работе — разъезды, командировки. Сколько раз я его видел на работе? Ну, пару раз в год — точно, обычно в конце года, когда документы подписываются». Дальше свидетель уточнил — в выборный год явления занятого коллеги случались чаще. — А основную массу работы по факультету кто выполнял? — уточнил старший помощник прокурора Казани Руслан Габитов. — Думаю, Зарипов, — сообщил Нургалиев, а далее уточнил — эти функции на декана другого факультете в ходе устного разговора возложил проректор по учебной работе Александр Кочнев (ныне осужденный по делу об аферах в КХТИ — ред.). Что до Юшко, то в отсутствие больничного и документов об отсутствии «считалось, что человек был на работе». Никаких рапортов о прогулах в отношении обвиняемого никто никогда не составлял. — Вопросы ректору по его отсутствию задавали? — продолжил допрос Габитов. — Вопрос три раза возникал на моей памяти. Сначала [ныне] покойный Илнур Абдуллин — эту тему поднял. Ему сказали — человек работает. Потом 2014-м году была проверка финансовая и там был задан вопрос — почему премиальная часть выплат деканам одинаковая, хотя на одном факультете под тысячу студентов, а на другом 20. Тогда проговорили с Дьяконовым, и вопрос тоже ушел, — вспоминал свидетель. — Третий раз поднимал [вопрос], кажется, профессор Харлампиди — почему человек, которого он не видел, избирается на должность декана? Ему сказали — потому что человек нужен... Также свидетель припомнил устный разговор с ректором Германом Дьяконовым (ныне осужденным к 7,5 года колонии): «Он пояснил, что Юшко не трогали, что это полезный для вуза человек». Напомним, отстраненному от должности ректору КНИТУ-КХТИ Сергею Юшко вменяют два мошенничества с ущербом на 11 млн рублей. Вину по обоим он не признает. Фабула обвинения выглядит так: Эпизод 1. «Фиктивное трудоустройство и зарплата за 13 лет": обвиняемый вошел в доверие к двум ректорам КХТИ Сергею и Герману Дьяконовым и в феврале 2004 года «фиктивно трудоустроился на должность завкафедрой инженерной графики, обязанности не исполнял», поскольку был занят на полную ставку в ЗАО «Инновационно-производственный технопарк «Идея», но незаконно получил из бюджета в 2004-2017 годах в качестве зарплаты завкафедрой, профессора и декана 9 млн 778 тысяч рублей. Лишь заняв пост ректора, Юшко ушел из «Идеи». Эпизод 2. "10-кратная переплата за семинар»: В декабре 2013-го аффилированная с обвиняемым фирма ЧОУ ПО «Образовательный центр «Идея» повышала квалификацию сотрудников КХТИ путем проведения семинара «Современные системы автоматизированного проектирования (САПР) одежды из полимерных материалов» с минимальными затратами в 129 тысяч рублей и без привлечения указанных в техзадании иностранных специалистов, за что вуз заплатил 1 млн 396 тысяч тысяч рублей. Версия Нургалиева: «Мог подписать задним числом» По данным свидетеля Рустама Нургалиева, табели рабочего времени появились в вузе в 2013-м году, однако подписи под этими документами ставили сами заведующие кафедр — в данном случае Юшко. На вопрос — выполнял ли подсудимый свои обязанности на постах командующего кафедрой и декана, одновременно руководя инновационным технопарком «Идея» — свидетель ответил однозначно — полторы ставки в вузе предполагают постоянное присутствие на месте. — Если нужно было срочно документы подписать, люди бегали к нему в технопарк «Идея», созванивались, подписывали, — сообщил он. А также добавил — что на ученом совете института управления, автоматизации и информационных технологий вместо Юшко участвовал его неофициальный зам: «Он просто расписывался вместо Юшко — писал его фамилию. И мы понимали — информацию о заседании он Сергею Владимировичу передаст». Допрос ключевого свидетеля стороной защиты был вдвое дольше. Адвокатов Александра Погодина и Олега Шемаева интересовали все нюансы процедуры выборов на руководящие должности в вузе, обязанности завкафедрой и декана, оценка их деятельности. В частности, выяснилось, ректор вуза лишь издавал приказ по итогам выборов, а само голосование было тайным, причем двухуровневым — поддержкой нужно было заручиться на кафедре и затем на Ученом совете вуза. Чему предшествовала проверка работы кандидата и его подразделения, включая объем средств научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, представленных к защите диссертаций, опубликованных научных статей и проч. В 2016-м комиссия попеняла на отсутствие пятилетнего плана работы факультета и низкую долю сотрудников до 30 лет. Нургалиев подтвердил — с этим отчетом знаком и согласен. Кроме того, он сообщил — кафедра инженерной графики Юшко обучала не только своих студентов — читала свои курсы «почти всему университету», «количество студентов исчислялось сотнями». На вопрос — читал ли сам подсудимый лекции студентам — свидетель заявил: «Обязан был читать — у него полная нагрузка 850 часов, около 400 часов должна быть реальная учебная нагрузка». «Вы сказали, что кафедра Юшко находилась в корпусе Д. Это где?" — уточнил адвокат Шемаев. Свидетель ответил, данный корпус находится в районе Сибирского тракта, на улице Пионерской. «А вы где работали?" — «В корпусах А, Б и В — на Карла Маркса». — Как, находясь в корпусе «А» вы можете видеть, что находится на Сибирском тракте? — атаковал адвокат свидетеля, напомнив его слова «про явления Юшко дважды в год». — Однозначно не могу. Проводил ли он лекции — я сказать не могу. Могу сказать про те моменты, когда проводили ученые советы, — отвечал свидетель обвинения. Кроме того, Нургалиев подтвердил уже засвеченный защитой факт — у Юшко были и свои аспиранты. Изучив по предложению защиты рабочие программы кафедры Юшко с подписями, свидетель не смог утвердительно ответить — кто на них расписался: «Подписи Юшко похожи, но я не эксперт». А дальше уточнил, что вместо Юшко в таких базовых документах Зарипов и не мог расписываться, зато в период сессии массово подписывал разрешения на пересдачу. «Это сотни и тысячи документов!» — уверял он. На вопрос адвоката — знакомили ли свидетеля с этой кипой в ходе предварительного следствия, ответ был отрицательным. — Как вы можете объяснить подписи Юшко в протоколах Ученого совета вуза и ваши слова о его присутствии лишь на двух заседаниях? — поинтересовался адвокат Погодин. — Подписать могли и потом… Может, кто-то мог прийти к секретарю и задним числом расписаться. — Вам такие факты известны? — Нет. Из уточняющих вопросов-ответов выяснилось — процедуры голосования проводились почти на каждом Ученом совете, и, согласно приобщенным документам Юшко, каждый раз получал бюллетень для голосования. А поскольку голосование было тайным — установить, кто именно и как голосовал, нереально. — Вам известны факты фальсификации голосования?, — продолжил допрос Погодин. — Фальсификаций таких прямых нет... Во-первых, мы и не видим подсчет. В счетную комиссию входят 4-5 человек — там сложно [сфальсифицировать], — рассуждал свидетель. — Внизу подводится общий итог — сколько человек присутствует, сколько получило бюллетени и сколько бюллетеней — цифры должны совпадать. А о несовпадениях Нургалиеву ничего не известно. Впрочем, на допросе у следователей он делился еще одной версией появления подписей Юшко в экзаменационных ведомостях и иных документах: «Думаю, когда стал ректором вуза, мог подписать задним числом». Представитель потерпевшего вуза: «Гражданский иск — это наше право» Вчера в суде допросили официального представителя потерпевшего вуза. Эльвира Баландина возглавляет в правовом управлении КНИТУ-КХТИ отдел претензионно-исковой работы. «С позицией следствия я согласна. Гражданский иск [к подсудимому] — это наше право, он пока не заявлялся», — сообщила она на заседании и добавила, что в вузе уже сложилась практика подачи исков к бывшим коллегам после вынесения приговора. Напомним, в настоящее время КХТИ хочет взыскать 42 млн рублей с бывшего ректора Дьяконова и его команды. Ну а Дьяконов ждет рассмотрения жалобы своего адвоката в Верховном суде РФ, продолжая настаивать на невиновности. Баландина перечислила все вехи карьеры обвиняемого в КХТИ, начиная с марта 1997 года. Его общий педагогический стаж — 21 год и 2 месяца. До выдвижения в ректоры Ющко шесть раз участвовал в выборных процедурах — трижды на пост завкафедрой и столько же на пост декана, сообщила представитель вуза. На вопросы защиты — читал ли обвиняемый лекции студентам в интересующий следствием период и были ли случаи срывов лекций по его вине — юрист КНИТУ сказала, ей об этом неизвестно. Зато известно о приеме экзаменов им же и работе с тремя аспирантами. По второму эпизоду обвинения защитник интересов потерпевшего вуза сообщила кратко: «Были привлечены иностранные педагоги, которые должны были провести семинар и лекции, а вместо них приехали другие, по-моему, из Ростовской области». Дальше Баландина расписалась в отсутствии информации — кем готовился контракт между «Идеей» и КНИТУ» по семинару 2013 года, кто составлял техзадание, оплачен ли данный контракт и производился ли возврат излишне перечисленных средств. По ее мнению, эти вопросы лучше переадресовать сотрудникам отдела закупок. Завтра судебный процесс продолжится.
Свежие комментарии