Московский музей истории ГУЛАГа, закрытый в 13 ноября 2024 года, окончательно прекратил свое существование. Событие, хотя и ожидаемое, всё же стало неожиданностью, как для левопатриотической, так и для либерально-западнической частей российского общества. И если первые комментируют событие, в основном, в духе «давно пора было», то вторые растерянно спрашивают, чего же теперь ждать дальше.
Между тем шаг этот со стороны властей вполне логичный. Еще до начала спецоперации на Украине антисоветский консенсус российских властей получил мощный удар. Пришедшие к власти в Киеве неонацисты развернули самую настоящую войну с советским наследием и одновременно со всем русским. «Ленинопад» — системное уничтожение памятников основателю СССР Владимиру Ленину проблематизировало сносы памятников ему внутри России. Киевские власти зримо и наглядно напомнили, что главным врагом фашизма был коммунизм и стали отчаянно воевать вначале именно с советскими символами, а уже во вторую очередь — с русскими вообще. Одновременно сопротивление в Донбассе шло, в значительной степени, под красными флагами, так как именно они позволяли адресоваться к Победе, а значит не терять связи с предками, находить важную идеологическую опору в борьбе с поднявшим снова голову нацизмом. Тем не менее мгновенного пересмотра антисоветской политики российские власти не осуществили. Слишком многое было поставлено на кон в момент разрушения СССР, слишком велики надежды на слияние с Западом после отказа от коммунистического пути. Когда же выяснилось, что предательство идеалов не принесло ожидаемого результата, возникла стратегическая растерянность, длящаяся и по сей день. Однако игнорировать запросы левопатриотического сегмента общества просто невозможно, особенно с учетом того, что он является одной из главных опор в борьбе с неонацизмом. А воевать с ним придется еще долго — это обстоятельство в верхах, по-видимому осознается. И трансформация Музея истории ГУЛАГа в Музей Памяти, посвященный, как сообщается на сайте уже закрытого музея «памяти жертв геноцида советского народа» — вполне логичный и, видимо, подготовленный шаг. Тем более, что он не выглядит неподготовленным. На сайте московской мэрии была размещена заметка с описанием нового музея, в которой выражается надежда, что он откроется уже в этом году. Одновременно с сайта мэрии исчезла страница с описанием Музея истории ГУЛАГа. Любопытно, что за месяц до новости о создании нового музея вышел материал в Forbes, в котором выражались опасения по поводу «приостановки» работы Музея истории ГУЛАГа. Автор материала напомнил, что одновременно с «приостановкой» деятельности исчезла посвященная советским репрессиям экспозиция в Музее Москвы, причем достаточно неожиданно для самих работников музея, готовивших обновление экспозиции. Однако 22 января 2025 года, глава Совета при президенте по развитию гражданского общества и правам человека (СПЧ) Валерий Фадеев заявил, что разговаривал с руководством Москвы и его заверили, что закрытия музея не планируется. А 30 октября 2025 года, в День памяти жертв политических репрессий, Фадеев возлагал цветы к Стене скорби на проспекте Сахарова без бывшего директора Музея истории ГУЛАГа Романа Романова, ранее всегда присутствовавшего на этой церемонии. И никто о закрытии музея не вспоминал. Тогда же глава СПЧ заявил, что по поводу репрессий «разное говорят», добавив: «Некоторые считают, что надо эту тему закрыть», — не сообщив, правда, кто эти «некоторые» и почему они так думают. Forbes отмечает, что по мнению музейных работников, имена которых издание не называет, изменения происходят в соответствии с новой редакцией Концепции государственной политики по увековечению памяти жертв политических репрессий, которая была утверждена 20 июня 2024 года. Особое внимание в Концепции уделяется принципу защиты исторической правды, тогда как подробное описание масштабов репрессий оттуда исчезло. Также в ней утверждается, что «всеобщая амнистия, которая в последующем в том числе привела к реабилитации по формальным критериям и обелению пособников нацистов и изменников Родины, служивших в прибалтийских, украинских и иных карательных подразделениях, сформированных по национальным признакам, участников подпольных националистических и бандитских формирований». Недопустимость реабилитации военных преступников и лиц, совершивших тяжкие и особо тяжкие преступления, а также преступления против мира и человечества подчеркивается в документе, это одно из его нововведений. Концепция изначально должна была действовать до 2023 года, однако была продлена после запроса обращения член СПЧ, настоятеля храма Новомучеников и Исповедников Российских в Бутове протоиерея Кирилла Каледы. Согласно обновленному документу, с 2025 по 2026 год должен реализовываться III этап, предполагающий проведение анализа нормативно-правового регулирования в сфере реабилитации жертв политических репрессий и выработку при необходимости предложений по его совершенствованию». А следом планируется реализовывать этап IV, «предусматривающий завершение работ по реализации наиболее значимых проектов в области увековечения памяти жертв политических репрессий. Завершение работ по увековечению памяти жертв политических репрессий должно способствовать выработке основ для дальнейшего партнерского взаимодействия государства и гражданского общества». В Концепции также стоит обратить внимание на пару важных поправок. При перечислении принципов, на которых она должна осуществляться, был исключен принцип «признание преемственности исторического развития Российской Федерации», а следующий пункт был изменен. Раньше он выглядел так: «необходимость объективного анализа как достижений советского периода, так и его трагических страниц, в том числе политических репрессий». В новой редакции были заменены слова «советского периода» на «Российского государства», то есть было убрано выделение советского периода и подчеркнуто наличие единого исторического пространства. Разумеется, этого категорически недостаточно для того, чтобы историческое пространство, фактически разорванное разрушением СССР и реформами 1990-х годов, восстановить. За прошедшие 35 лет было разрушено слишком многое из того, на что опирался народ и что было сохранено и приумножено в советский период — коллективизм, жертвенность русского народа — однако можно надеяться, что шаг в нужном направлении сделан. Судя по всему история с музеем, а точнее, уже с музеями, находится в согласии с Концепцией, разве что реализация этапов может быть ускорена. Такая тенденция указывает на движение в сторону переосмысления исторического наследия, а в нем содержится немало ценного, что позволило СССР дважды восставать почти как фениксу из пепла и только еще больше укрепляться: после тяжелейшего периода гражданской войны и интервенции, и после Великой Отечественной. Дотянуться до этого драгоценного наследства невозможно, имея в исторической памяти дыру в 70 лет. Однако формирование этой дыры шло очень долго и восстанавливать разрушенное будет крайне непросто. Достаточно вспомнить, что главным источником мифов про ГУЛАГ был писатель Александр Солженицын, памятник которому был установлен, несмотря на протесты граждан, в 2018 году, при личном участии президента РФ Владимира Путина. В столице продолжает действовать Центр Солженицына. Ранее, в 2017 году, на проспекте Сахарова Путин открыл уже упомянутую «Стену скорби». Продолжает работу музей-заповедник «Пермь-36» и еще немало музеев и экспозиций, весьма однобоко освещающих историю советского периода. Да и преподавание истории, начиная со школы, хотя и подверглось изменениям с появлением новых единых учебников, однако эти изменения нередко носят косметический характер. Тем не менее метаморфозы, произошедшие с Музеем истории ГУЛАГа, порождают осторожный оптимизм и надежду на начало восстановления исторической правды, которая воюющей с неонацизмом России нужна как воздух. glavno.smi.today
Свежие комментарии