После экономического кризиса 2022 года в России появилась новая экономика, в которой акцент смещён от добычи полезных ископаемых к увеличению производственных мощностей в обрабатывающей промышленности. Об этом заявляют представители Высшей школы экономики (ВШЭ), 24 октября сообщает РБК Эксперты отмечают, что новая фаза характеризуется уменьшением масштабов добычи полезных ископаемых и увеличением обрабатывающих производств, включая высокотехнологичные.
Данные выводы приводятся в сводном заключении комитета Госдумы по бюджету и налогам на проект федерального бюджета 2025–2027 годов. По мнению других экспертов, реальность пока нельзя назвать стабильной, а структурные изменения могут быть связаны с циклическими факторами. По мнению экспертов Высшей школы экономики, в российской экономике происходит переход к новой реальности. Это связано с тем, что период активного экономического роста, который начался после резкого спада весной 2022 года, завершается. К середине 2024 года, как предполагают эксперты, потенциал быстрого роста в реальном секторе экономики будет полностью исчерпан. По словам Кузьмина, главного экономиста инвестиционной компании «Ренессанс Капитал», восстановительный этап в экономике уже завершен, и уровень ВВП сейчас выше, чем был в 2021 году. С этим согласен Антон Прокудин, главный макроэкономист управляющей компании «Ингосстрах-Инвестиции». Однако структура ВВП изменилась: доля «закрытой» экономики значительно увеличилась, и для ее финансирования со стороны государства потребовалось повысить налоги, добавил он. Олег Кузьмин считает, что фаза восстановительного роста, вероятно, завершилась даже раньше, чем в текущем году. По его мнению, сильный рост в 2024 году, близкий к 4%, стал результатом трехлетнего бюджетного стимулирования. В этом смысле потенциал восстановительного роста действительно уже почти исчерпан. В 2024 году прогнозируется, что первичный структурный дефицит бюджета составит 3,1 триллиона рублей, что означает превышение расходов над уровнем, предусмотренным бюджетным правилом. Начиная с 2025 года, Министерство финансов планирует вернуться к первичному структурному балансу, что будет означать нормализацию бюджетной политики. Экономист Bloomberg Economics по России, Центральной и Восточной Европе Александр Исаков утверждает, что российская экономика не только завершила восстановление, но и начала замедляться уже в третьем квартале 2024 года. Среди причин такого замедления Исаков выделяет: необходимость соблюдения Россией квот по добыче нефти, установленных в рамках ОПЕК+ (в первом полугодии Россия производила больше нефти, чем требовалось по условиям соглашения, но осенью, согласно графику, начала компенсировать это перепроизводство); снижение темпов промышленного производства, не связанного с оборонной сферой; падение активности в строительстве из-за прекращения действия массовых программ льготной ипотеки. В 2023 году ВВП России вырос на 3,6%, в 2024 году правительство ожидает роста на 3,9%, но в 2025 году возможно снижение темпов роста до 2,5%, следует из базового варианта макропрогноза, внесенного в Госдуму вместе с проектом федерального бюджета. Эксперты Высшей школы экономики также отмечают, что из-за антироссийских санкций российская экономика была вынуждена сократить свою зависимость от сырьевого сектора. По их мнению, это повлияло на объем и структуру доходов бюджета. В 2023 году по решению правительства перестали публиковаться данные Росстата об объемах добычи нефти и газа. Весной 2024 года премьер-министр Михаил Мишустин отмечал, что экономика страны постепенно снижает зависимость от экспорта сырья, а ненефтегазовые доходы за год увеличились на четверть. В проекте бюджета на 2025 год планируется, что нефтегазовые доходы составят 27,1% от общих доходов, что станет самым низким показателем как минимум с 2006 года (по итогам 2024 года нефтегазовые доходы бюджета должны составить 31,3% от всех доходов). Ранее министр финансов Антон СилуановК 2027 году ненефтегазовые доходы могут составить 33 триллиона рублей, что соответствует 77% от общего объема доходов. Как отмечается в пояснительной записке к проекту бюджета, увеличение ненефтегазовых поступлений обусловлено в том числе повышением налоговых ставок. При этом в целом в бюджетной системе доля доходов, не зависящих от нефтегазового сектора, составляет 90%. По мнению ВШЭ, экономическая динамика России все меньше определяется санкциями и внешнеэкономическими ограничениями. «С начала спецоперации и появления новых требований к самодостаточности зависимость от экспортных доходов ослабла», — считает заведующий лабораторией среднесрочного прогнозирования воспроизводственных процессов ИНП РАН Михаил Гусев. Он объяснил, что в 2023–2024 годах рост экономики происходил за счет внутренних факторов, а не экспорта. Это произошло из-за замещения импорта, бюджетных расходов на оборону, инфраструктуру и поддержку спроса. Эксперты ВШЭ считают, что инвестиционные проекты, связанные с необходимостью срочной переориентации внешнеэкономических потоков и освоением освободившихся продуктовых ниш на внутреннем рынке, в значительной мере завершены, что ведет к снижению темпов прироста инвестиций в основной капитал. «Как долго сохранятся такие пропорции в структуре роста, зависит от многих факторов. Однако важно отметить, что российская экономика смогла динамично развиваться без опоры на текущие экспортные доходы и с более низким уровнем импорта по сравнению с объемом производства», — считает Гусев. По словам экономиста Российской академии наук, потенциал такого роста еще не исчерпан. Итоги 2023–2024 годов показывают, что экономика способна расти на 3–4% в год, опираясь на внутренние источники развития. Однако, как отмечает эксперт, перспективы динамичного развития все больше будут зависеть от инвестиций в научно-исследовательские и опытно-конструкторские разработки (НИОКР) и формирования человеческого капитала. glavno.smi.today
Свежие комментарии