Помните пограничный конфликт двухлетней давности в Керченском проливе, когда российская сторона задержала экипажи военных катеров и буксира из Украины? Прекрасно помню, как, читая очередную новость об этом инциденте, мы сидели своей ватной тусовкой, и вдруг у подруги слезы на глаза навернулись. Потому что ее сын, Витька, которого мы знаем с тех пор, как он пешком под стол ползал и угощал нас пирогами из пластилина, проходил в этот момент практику — далеко в море, на одном из украинских судов.
А «добрые люди» в Фейсбуке уверенно, с полным осознанием своей правоты, писали в комментариях: «Да мало их задержать — расстрелять! Чтоб они все сдохли!». А подруга читала и недоуменно повторяла: «Значит и моего Витьку они вот так требовали бы расстрелять?». И никакой Витька не «укроповский убийца», и вовсе он «не знал, на что шел», и вообще ему плавать не нравилось: «Закончится практика, никогда больше в море не пойду», — говорил он, и в водный институт поступил еще до войны.
Свежие комментарии