Наступило лето 2014 года. Это начало страшных перемен и ужасных последующих событий. Этот период можно сравнить только с зимой 2015 года, но все-таки это время не сравнимо ни с какими событиями в городе Горловка. В воздухе повисло напряжение. Его не могло развеять ни работа, ни друзья, никто. Нацики подходили к городу.
Война продвигалась неумолимыми шагами. Извините не хочу называть ВСУ, после тех событий и того горя, что они принесли в каждый дом жителя Донбасса. Многие до сих пор спорят, почему это произошло, война, какие мотивы были. Выдвигают разные версии. Я родился в Союзе Советских Социалистических Республик — это моя Родина! Она мне дала все! Право на жизнь и на счастливое детство, бесплатное образование, работу, отдых и главное уверенность в завтрашнем дне. Мы знали тогда, что хорошо будет, через 5, 10, 15, 50 лет. Кто-то потом говорил «застой», но это время, наверное, было лучшим в судьбе страны. Как говорят: «Строили социализм, а потом в «перестройку» и последующие времена, поняли, что жили при коммунизме». Многие могут поспорить, но не для этого я пишу. Я считаю, что все последующие события — это результат развала мощной Державы-СССР! Отношение к майдану-негативное. У нас говорили: «Опять собрались на кормушку, работать не хотят, а жить хорошо хочется. Снова денег подзаработают, да и разойдутся. Скоро майданы будут устраивать каждые два месяца, будут ходить, как на работу». Но сожжение Беркута, остановка и уничтожение автобусов антимайдановцев крымчан, избиение и издевательства над ними под Корсунь-Шевченковским, дали понять, что в этот раз надвигается катастрофа в государстве. А дальше государственный вооруженный переворот и сдача власти. Закон о русском языке и дальнейшие действия по дискриминации жителей Юго-Востока вылились в страшную войну. Люди Донбасса труженики, многонациональный народ. Здесь проживает национальностей столько, что сопоставимо только с Россией. Они привыкли жить размеренной жизнью, добродушные в большей части, готовые всегда прийти на помощь, но очень самобытны. Даже в большой стране, Советском Союзе, люди Донбасса были с особенной жизненной позицией и культурой. Их трудно раскачать, они мало верят словам, а доверяют только делам, и судят по ним. Так что в «байки» они вряд ли поверят. Как у нас говорят, шахтерский фольклор: «Не гоните порожняк». Это я к чему я все написал?! Для того, чтобы люди, которые не понимают, поняли, почему жители поднялись. Они узнали не только дела новой власти, но и ощутили на себе в действии. Поняли, что их попросту хотят уничтожить, отобрать историю, сделать безмолвным стадом и сырьевым придатком, с которого можно качать деньги, а люди — это просто неприятная помеха в достижении целей майданной власти и мировых корпораций. И еще, люди устали от постоянного разъединения и разграбления. Люди хотели объединится со своей Родиной, Россией, как правопреемницей СССР, мощным центром русского народа. Я думаю, все это в совокупности и привело к войне. Можно копнуть еще глубже, но эта уже другая тема. И так, лето 2014 года. Помню, как сейчас, будто все это произошло на той неделе, хотя прошло уже 5 лет. Ополчение из Славянска въезжало в город Горловку. Часть по Донецкой трассе поехала на Макеевку и Донецк, а часть вошла в центр города. Нескончаемая вереница самых разнообразных, модифицированных, камуфлированных, машин, собранных и сваренных своими руками, грузовиков, пикапов с «шилками». Это было грандиозная вереница техники. Люди останавливались и стояли вдоль дороги, молча вглядываясь в эти обветренные дымом и огнем мужественные лица ополченцев, что они хотели там увидеть, я и сам не знаю. Наверное, увидеть ответ на один единственный вопрос, который был у каждого в это время, война пришла в город. Рядом со мной стояла пожилая женщина, молча понурив голову. Я услышал, как она почти прошептала: «Это горе. Вот и война пришла в наш дом». Еще долго люди стояли в тягостном молчании, провожая взглядом последнюю машину, хотя она давно скрылась за мостами, даже не обращая внимание на подошедший автобус. Стояла тягостная тишина и молчание, хотя это, наверное, никто и не заметил. Все понимали — это начало неизбежного. Последующие авиаудары по городу, подтвердили. Чудовищный удар по УВД, где были ополченцы, первые погибшие в Горловке. Шахта работала уже в авральном режиме, всего в две смены. Последний день я отработал на шахте 19 июля 2014 года. Дальнейшие события, которые развернулись, были кромешным адом. Началом бойни националистами города и горловчан, по-другому назвать нельзя, стало 27 июля 2014 года, которое осталось в истории Донецкой Народной Республики под названием «Кровавое воскресенье». Стоял погожий летний день, как и сегодня, ничего не предвещало беды. Первый удар был нанесен утром, но самый сильный, ужасающий, был нанесен в полдень. Люди, как обычно занимались будними делами, поездками, закупали продукты, торговали, гуляли с детьми, кто еще работал. Я приехал только от родителей, буквально переступил порог квартиры, как один за одним стали раздаваться мощные разрывы, пол заходил ходуном, дом содрогался, казалось он вот-вот начнет рушится, я только и успел, как закрыть дверь. Только потом, я узнал, что от эпицентра событий меня разделило всего каких-то 15-20 минут. Тогда и несколько раз в последующем, меня как будто кто-то свыше уводил с мест обстрела в последние минуты. Ангел-Хранитель сохранил. Атмосферу того дня тяжело передать словами. Первое-это конечно страх за своих родных и близких, только бы с ними было хорошо, остались живы и здоровы-это было главное, что беспокоили меня в тот момент, да и сотни тысяч горловчан. Тогда первый и дай бы Бог последний раз я попал в укрытие, нас позвали соседи, спускающиеся с верхнего этажа, если так можно назвать простой подвал в детском садике, рядом стоящий, без света, не проветриваемый, с одним выходом, огромным количеством комаров, но больше укрыться было негде. Это знакомо огромному количеству моих земляков. Хорошо, что сторож хороший попался, воскресный выходной день, связи с перебоями. Возле ворот люди, дети, старики. Он решился все-таки, открыл ворота забора, показал подвал. Духота стояла неимоверная. Подвал невысокий, объемом где-то 15-20 квадратных метров, он не мог вместить много. В основном туда запрятали детей и стариков, мужчины стояли возле входя, нервно куря. Это был не последний обстрел, весь город накрывали до ночи в разных частях города, далеко отходить было нельзя, время от времени в затишье ходили домой, но не на долго, а потом просто были у подъезда и при начинающемся обстреле, укрывались в нем. Старший брат с семьей укрылись в недалеко стоящей школе, у него был совсем маленький внук. Они звали к себе, чтоб быть вместе, но возможности такой нам не давали. Очень рано утром на следующий день, они уехали, мы так и не повидались перед отъездом, хотя жили совсем рядом, не было возможности. Только намного позже мы узнали о количестве убитых и раненых в тот день, или точнее сказать много месяцев спустя. В тот день погибло 20 человек, 43 было ранено. Обстреляли не только градами, но и нанесен авиаудар, было разрушено часть здания «Донбассэнерго», район ЦУМа, страшная трагедия возле остановки «Мелодия», где бабушки торговали с бордюра овощами, фруктами, домашней закрывашкой. Люди погибли от осколков реактивного снаряда «Град», сгорели заживо от огненной волны, накрывшей их, пятеро детей погибло в тот день! На следующий день я успел съездить к родным. По пути моим глазам представилась страшная картина разрушений, многие здания посечены осколками, везде огромное количество разбитого и осыпавшегося стекла из окон домов. Проспект Победы представлял собой арену боевых действий. Огромное количество посеченных деревьев, листвы, обрубленных осколками веток, поваленных снарядами и ударной волной деревьев, везде темные пятна запекшейся крови. В здании, напротив стихийного рынка, возле остановки «Мелодия», где погибли люди, огромная насквозь, зияющая дыра на два этажа и все вокруг в битом кирпиче и последствии пожарища. Этот день стал отправной точкой войны в Городе Воинской Славы Горловка, с того момента он стал фронтовым городом и до настоящего времени является таковым. Никаких минских соглашений за 5 лет или точнее сказать уже 6 год, не было и нет. Мы в них перестали верить еще после первого перемирия. Я в то время отрастил огромную бороду и сказал себе: «Сбрею, когда наступит мир». Бороду сбрил в первое перемирие, сентябрь 2014 года, а мира мы так и не дождались. Тогда, после многих побед, и котлов, в которых были повержены вооруженные формирования Украины, еще верили многие в него, как и я, что победа и мир близок, руку протянуть. Никто даже предположить не мог, что война затянется на долгие годы, что уже вырастит целое поколение детей войны, не знающие детства, а многие старики надеющиеся на спокойную, тихую старость, так и не дождутся этого. В тот день погибла Кристина и Кира Жук, «Горловская Мадонна», ее фото облетело весь мир. Она с дочкой стала символом Донбасса и города Горловки, геноцида и уничтожения простых мирных граждан, кровавой украинской власти, развязавшей войну против своего народа! У меня есть фотография, снятая 31 декабря 2013 года. Отец с Матушкой подарили мне телефон на день рождения. Я пробовал камеру на качество снимков и один сохранил, что-то тогда затронуло в фото. Она оказалась пророческой. Я ее называю про себя незримый взгляд в будущее, как будто, что-то хотел разглядеть в нем и не мог понять. Наступал 2014 год, год Огненной лошади, но никогда не подумал бы, что он станет действительно огненным годом для моего Донбасса, города и меня. Александр Донбасс 28.07.2019г. В проекте «Как я встретил начало войны» каждый житель Донбасса может рассказать, как именно изменила война его жизнь, что произошло в его судьбе с началом боевых действий в Донбассе. Необходимо, чтобы весь мир узнал о тех тревожных днях 2014 года, когда началась гражданская война. Вы можете отправить свою историю нам на почту: pismo@donbasstoday.ru Все письма можно прочесть — здесь
Свежие комментарии