Елена Панина: «Иран никогда больше не будет проамериканским»

МОСКВА, 09 февраля 2022, Институт РУССТРАТ.   Из Вены, где после объявленной 28 января паузы возобновились переговоры по Совместному всеобъемлющему плану действий (СВПД), стали приходить важные сообщения. Постпред России в Вене Михаил Ульянов заявил, что переговорный процесс «вышел на финишную прямую».

На столе переговоров уже лежит 20-страничный итоговый документ, и речь теперь идет всего лишь о требующих дополнительной проработки нескольких пунктах. Политическая часть и приложения документа затрагивают вопросы отмены американских санкций, а также шаги в ядерной области, которые предстоит предпринять Ирану. Наконец-то определен порядок осуществления этих договоренностей. Потом начнется период подготовки к выполнению, который, по словам, Ульянова, «может занять месяц-два». Ранее Тегеран впервые заявил, что открыт для прямых переговоров о своей ядерной программе с Вашингтоном, который в свою очередь уточнил, что тоже готов к прямым переговорам «в срочном порядке». Напомню, что с прошлого года Иран ведет диалог с пятью мировыми державами – Россией, Германией, Францией, Китаем и Великобританией – участниками соглашения, предусматривающего ослабление санкций в обмен на ограничение иранской ядерной программы. Эти переговоры, начавшиеся в апреле прошлого года, были приостановлены два месяца спустя после избрания президентом Ирана Эбрахима Раиси, но возобновились в конце ноября. После решения в 2018 году тогдашнего президента США Дональда Трампа выйти в одностороннем порядке из СВДП американцы принимали лишь косвенное участие в венских переговорах, выставляя при этом различные дополнительные условия с целью внешней демонстрации «победы» вашингтонской дипломатии. Помимо того, они проводили консультации с Израилем, который выступал против возвращения США в СВПД в принципе, а если и придется это сделать, то «только на согласованных между США и Израилем условиях». В свою очередь Тегеран использовал дипломатическую тактику дистанцирования, видя, что администрация нынешнего президента США Джо Байдена начинает спешить. Всем участникам этого переговорного процесса приходилось, да еще, видимо, придется, «докручивать» ситуацию в закулисном режиме. Но, как бы то ни было, сегодня можно говорить о решении прорывного характера и восстановлении первоначального варианта соглашения 2015 года, без довесков и изъятий. Ряд экспертов называют в качестве сроков завершения переговоров середину февраля – начало марта. Но это уже не имеет принципиального значения. А что имеет? Это событие вписывается в выставленную американским аналитическим изданием New Statesman рейтинговую шкалу предстоящих в нынешнем году важнейших глобальных тенденций в мировой политике. С Ирана снимаются западные санкции. Он выводится из международной изоляции и сохраняет возможность развивать мирный атом, продвигать проект по производству стабильных медицинских изотопов на предприятии в Фордо. Но американские эксперты не исключают, что возврат Вашингтона в СВПД может иметь все же ограниченный характер, если станут расти шансы на победу в президентских выборах в США в 2024 году республиканцев. Тогда напряженность в отношениях между американцами и иранцами будет усугубляться. Может также вырасти напряженность в отношениях между Ираном и Израилем, суннитскими государствами Ближнего Востока. Но происходить это будет на фоне меняющихся масштабов американского военного присутствия в регионе. США после Афганистана и Ирака могут начать вывод своих войск и из Кувейта, что в свою очередь станет определять новую региональную динамику хода событий. Как считает американское издание Foreign Affairs, «военная активность Вашингтона на Ближнем Востоке будет сокращаться, несмотря на их относительно постоянное там присутствие». В эту парадигму начинает врываться ирано-китайский альянс и рождающийся ирано-российский. В настоящий момент мы наблюдаем синтез обозначенных сложных сюжетов, общих интересов и идейных позиций. Пока Запад воспринимает Тегеран как «козырь для Москвы» в условиях нового противостояния России с Западом. Однако есть важный нюанс, на который указывает британский политолог Анатоль Ливен. Он полагает, что «далеко не всегда Москва стремится подрывать интересы США на Ближнем Востоке». Сам факт того, что в Вене российская дипломатия часто выступает в роли «моста» между Тегераном и Вашингтоном, говорит о многом. При этом за последние 20 лет нарушителем существующего статус-кво на Ближнем Востоке неизменно выступали как раз США. Россия противостояла американской политике по ключевым вопросам, что по прошествии времени, как считает Ливен, «оказывалось объективно правильным с точки зрения не только Москвы и региона, но даже самих США и Запада». Одним словом, внешние и внутренние игроки активно просчитывают варианты своих действий в регионе. Что касается Ирана, то он уже никогда не будет проамериканским, но и не будет шарахаться от своих европейских партнеров, России и Китая. Ожидается, что Тегеран начнет постепенно отступать от прежних внешнеполитических идеологических шаблонов. Елена Панина, директор Института РУССТРАТ